ОБУЧЕНИЕ
От майко к гейко: годы обучения
От юной новенькой до полноправной артистки — этапы, годы, наряд и «переворот воротника», которые отделяют майко от гейко в Киото.
Check dates and availability ↗Этапы пути. Возраст типичный, а не строго фиксированный, и варьируется в зависимости от дома.
| Этап | Примерно когда | Что происходит |
|---|---|---|
| Сикоми | Примерно с 15 лет, от нескольких месяцев до года | Домашние дела, диалект и первые уроки; гости её ещё не видят. |
| Минараи | Около месяца | Наблюдает за настоящими банкетами в наряде, близком к майко. |
| Майко | Примерно 16–20 лет, около пяти лет | Дебютирует на мисэдаси; работает в чайных домах; собственные волосы, красный воротник. |
| Гейко | Примерно с 20–21 года | Эрикаэ к белому воротнику и парику; карьера длиной в десятилетия. |
Всё начинается в окия
Путь начинается, когда девушка, часто около пятнадцати лет и нередко приехавшая не из Киото, поступает в окия — пансион, который её регистрирует, даёт ей жильё и еду и оплачивает ошеломляюще дорогое кимоно и уроки, которых требует эта карьера, возмещая затраты из её будущих заработков. Во главе стоит окасан, «мать», которая управляет домом одновременно как бизнесом и как семьёй. Каждой новенькой также назначают опытную гейко в качестве онэсан, старшей сестры, которая её наставляет, а связь между ними закрепляется совместной церемонией с сакэ. С первого дня уклад полный: окия — одновременно дом, рабочее место и школа, а мир за её пределами отступает на второй план.
Сикоми — первые тяжёлые месяцы
Самый ранний этап — сикоми, и он сознательно смиряющий. Новенькая выполняет работу по дому, бегает по поручениям, прислуживает работающим женщинам дома и, прежде всего, наблюдает и слушает — впитывая киотский диалект, манеры и ритмы мира, в котором она не родилась. Она начинает занятия в школе квартала — танец, сямисэн, пение, — но гости её ещё не видят. Этап может длиться от нескольких месяцев до примерно года и заканчивается только тогда, когда окия и её учителя решат, что она готова, и она сдаст экзамен квартала. Он работает как фильтр не в меньшей степени, чем как фундамент: не каждая, кто поступает в окия, доходит до дебюта.
Минараи и дебют
Затем наступает минараи — «обучение через наблюдение». Примерно месяц молодая женщина посещает настоящие дзасики, одетая почти как майко, присутствуя на банкетах, чтобы изучить, как они проходят, но сама вечер ещё не ведёт. Затем, на своём мисэдаси, она официально дебютирует как майко: день церемонии, объявляемый на деревянных табличках с именами по всему кварталу, когда она берёт себе профессиональное имя, часто разделяющее иероглиф с именем её онэсан. С этого момента она работает в чайных домах по ночам, продолжая уроки днём, обычно начиная примерно с семнадцати-восемнадцати лет — очень публичная ученица, носящая самый пышный наряд, какой есть у профессии.
Годы майко, написанные нарядом и причёской
Годы майко — обычно около пяти — читаются на её теле. Она носит собственные волосы, уложенные специалистом и сохраняемые между еженедельными укладками благодаря сну на такамакура, деревянной подставке для шеи; тянет за собой дарари-оби длиной шесть-семь метров; ходит в высоких сандалиях окобо; её воротник красный. Облик меняется по мере взросления: младшая майко носит более детские, замысловатые шпильки и более броский стиль, старшая — более сдержанные, и эти перемены — код, который квартал читает с одного взгляда. Всё это — обучение в не меньшей степени, чем костюм: вес оби, высота сандалий и дисциплина причёски воспитывают осанку, которой требует это искусство.
Эрикаэ — переворот воротника
Переход от майко к гейко называется эрикаэ, буквально «переворот воротника», потому что видимый знак этого — красный воротник, уступающий место белому. Обычно это происходит около двадцати-двадцати одного года, когда считается, что майко завершила ученичество. Почти всё упрощается: она откладывает собственную уложенную причёску ради парика, меняет тянущийся дарари-оби на более короткий, «коробчатый», яркое кимоно с длинными рукавами — на более сдержанные узоры и спускается с окобо на плоские сандалии. Смысл именно в сдержанности. Мастерству гейко больше не нужна пышная сигнализация ученичества — оно может опираться на сам танец и саму музыку.
Трудовая жизнь гейко
Стать гейко — это начало, а не конец. Освободившись от визуальной грамматики ученичества, она может работать десятилетиями, часто вызывая всё большее восхищение с возрастом, по мере того как углубляется её танец; многие гейко постарше переходят от танца к игре на сямисэне в качестве музыкантш своего квартала. Со временем некоторые выплачивают долги окия, обретают независимость, а некоторые даже начинают управлять собственными домами. Масштаб невелик — гейко и майко Киото вместе сегодня насчитывают лишь несколько сотен против десятков тысяч, которых Япония насчитывала до войны, — а значит, каждая женщина, прошедшая этот путь, несёт на себе большую долю сжимающейся традиции, чем любое поколение до неё.